Открыть меню

Рецензия: Малая проза Александра Солженицына

soghenicin10

Малая проза Солженицына

Тексты рецензируемых произведений можно прочесть здесь:
А. Солженицын “Один день Ивана Денисовича”
А. Солженицын “Матренин двор”
Художник-иллюстратор Виктор Бритвин

Литературная судьба Александра Солженицына открылась повестью «Один день Ивана Денисовича». В 1959 году она называлась «Щ-854. Один день одного зэка», автор считал ее рассказом, а, будучи опубликованной в 1962 году в “Новом мире”, она оказалась повестью, сделавшей автора знаменитым писателем на весь мир.

solzhenicin

Худ. В. Бритвин Портрет А. Солженицына

Повесть вызвала общественное потрясение новизной и смелостью изображенного. Речь шла о лагерных заключенных, новых жертвах сталинского режима. Эта была правда о страданиях народа, высказанная именно от имени самого народа. Поражала достоверность повести. Ничто здесь не было придумано, потому что писал очевидец, недавний заключенный.

Анна Ахматова сказала про “Один день…” так:  “Эту повесть обязан прочитать и выучить наизусть каждый гражданин изо всех двухсот миллионов граждан Советского Союза“. А она, жена расстрелянного поэта, мать репрессированного философа, поэт, которому десятилетия затыкали рот, знала, что говорила.

odin-den

Художник В. Бритвин Один день Ивана Денисовича

Персонажи повести (Буйновский, Алешка Баптист, Сенька Клевшин, Цезарь Маркович) имели своих жизненных прототипов, кроме самого Ивана Денисовича Шухова. Главный герой был создан как собирательный образ типичного русского человека, крестьянина. Терпение, выносливость, сметливость в работе, здравый смысл – это родственные черты народного характера, приговоренного безвинно к страданию. Достоверность совмещается здесь с символичностью жизни. В целом, это произведение реализма.  Основная константа повести – пространство и время. Показан один день, а за ним 3653 таких же дня.

Иван Денисович сидит за «шпионаж». За этим десятилетием стоит большой период перемалывания жизней, творимый государственным механизмом. Пространство повести – это лагерь особого назначения. Солженицын использует прием гротеска. Лагерь – копия государственного устройства. Номера вместо имен и фамилий – символ угнетения, подневольного труда, где пайка хлеба становится главной ценностью и смыслом существования. На воле происходит то же самое. Благодаря совмещенной достоверности и символичности Россия предстает как государство страха и рабства, насилия и лжи.

 

geroi-matrena

Художник В. Бритвин Матренин двор

На тех же основаниях построен рассказ «Матренин двор». В 1959 это был рассказ «Не стоит село без праведника», а в 1963, при заключении договора с редакцией все того же “Нового мира” он получил менее назидательное название. Здесь достоверность перерастает в документальность.Рассказ также реалистичен.

Действие происходит в деревне Мильцево Курловского района Владимирской области. Описывает жизнь и смерть Матрены Васильевны Захаровой без всяческого вымысла.

matrenin-dwor

Художник В. Бритвин Матренин двор

Рассказ этот автобиографичен. Солженицын после лагеря ищет спокойного места, чтобы затеряться в самой нутряной России. Усиливается символичность вплоть до деталей (по ночам Игнатьич занимается за столом под шорох тараканов). Он бежит ото лжи.

Матрена потому праведница, что живет не во лжи и не по лжи, когда вокруг нее кипит жадная и суетная жизнь. Все ее шестеро детей умерли, мужа тоже давно нет, все года она проработала за палочки в книжке бригадира, пенсии не выслужила. Все имущество Матрены – это белая коза, кошка да фикус. Героиня – жертва людской жадности, хотя сама бессеребренница, работала на других бесплатно.

Чтобы достоверную Матрену возвысить до символа, Солженицын вводит в повествование евангельский сюжет – притчу о Марии и Марфе.

 rossiya

Художник В. Бритвин

А. Твардовский, редактор “Нового мира”, человек, от которого зависели публикации и который очень рисковал, взявшись печатать такие произведения во времена, когда страна еще помнила репрессии, и страх еще не весь выветрился из души, записал в своем дневнике:

“Боже мой, писатель. Никаких шуток. Писатель, единственно озабоченный выражением того, что у него лежит «на базе» ума и сердца. Ни тени стремления «попасть в яблочко», потрафить, облегчить задачу редактора или критика, — как хочешь, так и выворачивайся, а я со своего не сойду. Разве что только дальше могу пойти”…

Обсуждение: 19 коммент.
  1. Сергей Базаров пишет:

    Сенкс. Интересно, и вообще, полезный у Вас блог

    Ответить
  2. Арина пишет:

    Я бы сказала о монументальности, грандиозности некоторых сюжетов Солженицына…

    Ответить
  3. Mark пишет:

    Спасибо, много полезного почерпнул из вашей статьи, не люблю Солженицына, но заставляю себя читать.

    Ответить
  4. Николай пишет:

    Наверное, не пройдёт мой комментарий, но всё равно напишу своё мнение и аргументы:

    бред – все произведения этого писателя, возьмите хотя бы его описание как они саботировали в лагере изобретение, которое шифрует связь и мотивация этого саботажа такова, что вроде такое в принципе невозможно, а теперь сплошь и рядом шифрованные разговоры, вот и получается что он простой саботажник и сидел за дело, таких ляпов полно во всех произведениях, но расписывать не буду, кто хочет, пусть почитает здесь: http://nechtoportal.ru/otechestvennaya-istoriya/solzhenitsyin-lzhets.html

    Ответить
  5. Оксана пишет:

    Было интересно узнать поподробнее о рассказах Солженицына, пригодилось на занятиях, спасибо!

    Ответить
  6. Сергей пишет:

    Огромное вам спасибо! а еще рецензии на Солженицына будут? Очень бы хотелось ваше мнение об “Архипелаге ГУЛАГе” узнать…

    Ответить
  7. Шурик студент пишет:

    Круто. Добавлю блог в избранное и друзьям по институту посоветую, в сети редко бывают такие основательные рецензии на писателей. Ждите новых читателей :)

    Ответить
  8. Kostik пишет:

    Просто замечательно – очень интересные мысли

    Ответить
  9. Жанна пишет:

    Интересные посты – это ваш стиль, безусловно! Про Брэдбери читаешь у вас, про Джека Лондона или Солженицына – все интересно

    Ответить
  10. Одесса пишет:

    Интересные посты – читаются на одном дыхании. От души респектую. Буду заходить.

    Ответить
  11. Елена пишет:

    А мне Солженицын идет со страшным трудом: тяжело пробиваюсь через языковые препоны, которые кажутся надуманными. Стиль, речь просто останавливают и мешают. При этом читаю, и по собственной воле. Есть какое-то понимание того, что это стиль и речь исторической правды, возможно, тенденциозной, но – не придуманной.

    Ответить
  12. Мария пишет:

    Ну, произведения радостными и не должны быть. И по поводу Вашего вопроса, Елена: ещё несколько лет назад в украинской школьной программе был Солженицын, в одиннадцатом классе,кажется. Здесь, по-моему, небольшое противоречие. С одной стороны, литература серьёзная, взрослая, иногда и сложная – вроде не для беззаботных школьников-подростков. С другой, книги Солженицына – это почти документалистика, самая большая их ценность, их роль – зафиксировать тогдашнюю ситуацию, потому знал-то её Солженицын не понаслышке, а был очевидцем.

    “Архипелаг ГУЛАГ” – это почти энциклопедия, именно поэтому его читать надо, и именно школьникам, когда они только закладывают свои знания об истории и формируют мировоззрение в целом.

    Подчас Солженицына сложно читать – это ведь не занимательная повесть, не Дюма, Марк Твен, даже не Толстой или Достоевский, это – летопись. И летопись такого, о чем иногда просто не хочется знать. Да и в стилистическом отношении автор не идёт навстречу. И сюжет, и язык, все формальные и содержательные характеристики подчиняются прежде всего задаче исторического свидетельства.

    Ответить
  13. Илона пишет:

    Стыдно, но не читала сочинения Солженицына полностью, всё какими-то отрывками. Попробую прочесть хотя бы упомянутые произведения, хотя предвижу, что будет нелегко.

    Ответить
  14. Ольга пишет:

    Мне сейчас Солженицин кажется слишком пафосным. А раньше зачитывалась им, конечно. Всему свое время, может, и вернусь.

    Ответить
  15. Александра пишет:

    «Один день Ивана Денисовича», «Матренин двор», «Раковый корпус» – зачитывалась ими одно время, первое произведение наизусть знаю. А вот «Архипелаг ГУЛАГ» не идет…пока…

    Ответить
  16. ladosha пишет:

    Не люблю я Солженицина…. Ничего поделать с собой не могу. Не лёг он мне на душу.

    Ответить
  17. К стыду своему, кроме Архипелага ничего пока не читала из произведений Солженицына.
    Для чтения таких вещей нужно специально выделять время, потому что на ходу проглядывать не получается. Надо читать и думать, думать, думать…

    Ответить
  18. Галина пишет:

    С “Одним днём Ивана Денисовича” было отнюдь не всё так однозначно. Прочитала я его в детстве – после “Нового мира” повесть вышла в “Роман-газете”, а у той тиражи были миллионные – и уже тогда ощутила всю необычность произведения, по сравнению с прозой тех лет. Взрослые на эти темы всё равно говорили очень осторожно.

    Оттепель закончилась, и все книги Солженицына из библиотек изъяли. Вторично читала, уже закончив университет и работая в маленьком посёлке, куда не добрались, видимо, инструкции по уничтожению книг. Однако вполне искренне (вот что значит пропаганда!) видела в повести недостаточно героизма – помните лозунг: “В жизни всегда есть место подвигу”?- а лишь умение приспосабливаться к обстоятельствам и выживать в любых условиях.
    По-настоящему оценила уже позже, когда начала выходить “лагерная литература”, первой ласточкой которой и был “Один день Ивана Денисовича”.

    Ответить
  19. Елена пишет:

    Интересно, а сейчас в школе проходят Солженицына? Сама живу в Украине. У нас русская литература входит в состав мировой. Ну, и не доросли мы до того возраста, когда такие произведения проходят.

    ИМХО, прочесть такие нерадостные произведения во взрослом возрасте не каждый решится.

    Ответить

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

© 2017 Музей дома · Копирование материалов сайта без разрешения запрещено
Дизайн и поддержка: GoodwinPress.ru